Самое страшное ждало нас в родном министерстве. Нет, ни нагоняй от начальства – куда вы черти запропастились – это дело привычное. А удивленный взгляд нашей любимой бухгалтерши Анны Петровны.
– Я тридцать лет сижу здесь и командировочные документы принимаю, но ещё ни разу таких билетов не видывала. – она внимательно рассматривала серые клочки бумаги с большим якорем по центру. – Вас куда послали? В Каракалпакию, в Нукус, а там кругом пустыня, откуда вы там море взяли? Нет, вы как хотите, но я эти билеты никак принять не могу.
В купе с не возвращёнными нами авиа билетами по маршруту Нукус-Ташкент финансовые потери каждого из нас были весьма ощутимы. Зато путешествовали мы с Акбором с комфортом и без всякой толчеи.
Кабул-Ташкент-Москва
Судьбе так было угодно, что бы в начале 80-х годов прошлого века мне довелось трудится в Главном мукомольно-крупяном управлении Министерства хлебопродуктов УзССР. Да, да, не удивляйтесь, был такой Главк, да наверное и сейчас все ещё существует, куда же без него деваться. Но дело не в нем, а в макулатуре и командировке в столицу нашей великой Родины – город герой Москву.
Молодёжь наша нынешняя не знает, да и представить себе не может, что в те, самые «застойные» времена, руководители нашего государства вдруг озаботились сохранностью одного из богатств страны, а именно лесных массивов Советского Союза. А по сему был издан вердикт, согласно которому каждому сдавшему двадцать килограмм макулатуры полагается специальная марка, и, набрав нужное количество этих самых марок, счастливчик получал право приобрести одну из дефицитных книг, например, бессмертных Мушкетёров или произведения американского писателя Артура Хейли. Марки эти нужно было наклеивать не на почтовый конверт или на лист бумаги вырванный из школьной тетради, а исключительно на специальный квадратик.
Вот ради обладанием этого самого квадратика в моем родном районе под названием Кара-Су 1 и развернулись настоящие бои. Жаждущие доступа к иностранной литературе записывались с ночи, дежурили у пункта выдачи заветных квиточков и даже, вы не поверите, дрались друг с другом. Силой пытаясь пробиться к мировой литературе. Поскольку бог меня комплекцией не обидел, то в результате уличных боев счастливым обладателем серенького квадратика для наклейки марок стал и я. А затем, о счастье великое, смог приобрести первую из семи книг французского писателя Мориса Дрюона под общим названием «Проклятые короли».
Надеюсь вам не надо объяснять что я жаждал в то время больше всего? Правильно, как можно быстрее постичь все тайны парижского двора тех незапамятных времён.
Читал книжку тайком, на работе, прикрыв её кипой различных циркуляров и инструкций.
И тут как назло начальство велело незамедлительно явиться пред его грозные очи.
Лети, говорит, «голубь сизокрылый» в Москву, выбивай там фонды, а чтобы тебе не скучно было и дабы ты чего там не напутал ненароком, захвати с собой прораба с одной из субподрядных организаций.
Была в нашем министерстве структура под названием «Архивно-хозяйственный отдел» или по-простому АХО, в обязанности которого входило, кроме всего прочего, обеспечивать дефицитными авиабилетами сотрудников самого высокого ранга. Увы, я к этому рангу даже близко не подходил, а потому потопал своими ногами в кассы Аэрофлота. Очередь к заветным окошкам которых начинала маячить этак за пару кварталов.
Но меня сей факт волновал мало. Теперь я мог на самом законном основании стоять и читать своего Дрюона. Время идёт, зарплата, хоть и не великая, но капает. Французские короли и наследники отчаянно воюют друг с другом. Так прошло пол дня и вот я у заветного, пахнущего клеем и типографской краской, окошка, а оно, это окошко, перед самым моим носом хлоп! и закрывается на обед. Как говорил один из персонажей писателя Носова: «Режим питания нарушать никак нельзя!» Стоящая за мной толпа разом охнула в сто ртов произнеся одновременно идиоматические выражения, которые, по понятным причинам, я здесь воспроизвести не смогу.
А мне хоть бы хны. У меня же в руках «Проклятые короли» и значит ещё минут сорок я буду не в жарком и душном Ташкенте, а в неведомой Франции позапрошлого века.
Честно сказать, я и не заметил, как пролетело обеденное время. Окошко открылось, женщина кассирша, дожёвывая дежурный бутерброд, злобно глянула на меня сквозь амбразуру, ожидая услышать обычную в таких случаях кучу «высокохудожественных» оборотов великого русского языка. Я же широко улыбнулся ей и протянул два липких от пота паспорта.
– Два билета до Москвы, пожалуйста. На любой рейс, только, если можно, на завтра.
Немая сцена из гоголевского ревизора повторилась. Такой вежливости от меня все повидавшая на своём веку кассирша явно не ожидала.
– Раз вы у нас такой терпеливый к тому-же ещё и обходительный, я дам вам билеты из моего личного фонда, полетите бизнес классом.
Что такое бизнес класс, я узнал позже, лет этак через пятнадцать. А пока мельком взглянул на билеты и тихо возрадовался. Вылет в девять утра, в полете три часа, разница по часовым поясам тоже три часа, значит в девять московского будем в столице и может быть, если повезёт, то и на пробежку по московским магазинам время останется.
Чудеса начались прямо на следующее утро. Вчерашняя толпа в кассу Аэрофлота теперь в полном составе переместилась в Аэропорт, обвешавшись баулами, чемоданами и беспрестанно орущими чадами.
На огромном табло нашего рейса не было. Он не задерживался, а вообще не просматривался. Пришлось брать штурмом окошко «Справочной службы», понятное дело, тут было уже не до Дрюона и «Проклятых королей».
Оказалось, что такой рейс есть и самолёт прибыл по расписанию, но рейс это международный и нам необходимо рысистым бегом переместиться метров этак за семьсот, если мы не хотим опоздать на самолёт.
О том, как мы с моим напарником быстренько сдали нормы ГТО, причем сразу на «Золотой значок», я рассказывать не буду.
Как неслись мы по удивительному самодвижущемуся эскалатору, как на нас с удивлением смотрели сотрудники пограничной службы, не помнящие случая, когда на международный рейс продают билеты таким непрезентабельным личностям как я и прораб, поведаю вам как-нибудь в следующий раз.
И вот мы в почти пустом салоне самолёта. Конечно, не в первом салоне, но всё равно очень приличном, с чистыми, да ещё и накрахмаленными подголовниками.
Мимо нас удивительно красивые стюардессы катят тележки с дивно пахнущими яствами. Голод, он, сами понимаете, не тётка, и эффект старика Павлова ещё никто не отменял. А посему мой прораб не выдержал. Он вообще не выдержанный, впрочем, как все прорабы.
– Что вы им все в тот салон таскаете, и все мимо нас? А ведь мы почти рабочий класс, гегемон можно сказать. Если они там в все в белых штанах (имеется ввиду национальный афганский костюм), а мы в чёрных, так и совсем нас кормить не надо?
Бойкая стюардесса, конечно же, за словом в карман не полезла.
– Любезнейший сударь, осмелюсь вам заметить, что ежели бы вы соизволили заплатить за билет столько, сколько заплатили эти, как вы метко заметили, в белых штанах, то ты, родненький мой, совсем без штанов остался. Сиди и сопи себе в две дырки. Закончу с ними и тебе принесу, что останется.
Спешу сообщить тебе, дорогой мой читатель, что осталось много, даже очень. Икра красная лососёвая, вино «Масандровское», вино грузинское «Киндзмараули» марочное, сыр Рокфор, салат с крабами «Дальневосточный» и.т.д. и т. п.
Усталые девчонки-стюардессы подсели к нам, и мы очень быстро перешли с ними на ты. Позавидовали им, какая у них интересная и, главное, вкусная работа, а они рассказали нам как гражданский самолёт садится и взлетает в Кабульском аэропорту, беспрестанно отстреливая рулоны с фольгой, дабы помешать снарядам выпущенным душманами из американских «Стингеров» найти точную цель, а именно их борт.
Приземлился самолёт точно по расписанию в только что открытом по случаю «Олимпиады-80» аэропорту «Шереметьево-2». И знаете, что больше всего поразило в нем моего спутника прораба? Водопроводный кран в туалете аэровокзала, работающий на фотоэлементах.
– Я, конечно, халтурю частенько при монтаже сантехники, не без этого, но что бы совсем ручки не ставить, ну это москвичи дают!
После этого он свою душу отвёл по полной, такого отборного мата я раньше нигде не слышал, да и присутствующие в этом заведении почтенные господа, вероятно тоже, так как все они дружно прекратили заниматься своими насущными делами и слушали его с нескрываемым любопытством.
Взрывоопасная смесь
В долине реки Зеравшан, как раз на полпути из Самарканда в Навои расположился уютный городок с гулким именем – Каттакурган.
